герб Российской Империи времен правления Петра I
27 апреля 1682г. - 28 января 1725г.
Основные события
 
Основные события

Полководческое искусство Петра I
и А.Д. Меншикова в Полтавской битве

(К 300-летию Полтавской победы)

 

П.Н. Крёкшин и сотворение мифов о Полтавской битве

Как это ни удивительно, до настоящего времени одна из самых знаменитых в мировой истории  битв, Полтавская 1709 г., остаётся в немалой степени мифологизированной. Со времени генеральной баталии под Полтавой прошло почти три столетия, но литературная природа происхождения ряда мифов, выдающихся в современных трудах за реальность, до настоящего времени не раскрыта. Как стремится показать автор, немалая часть мифов была искусно сотворена в середине XVIII в. колоритным представителем российской культуры Века Просвещения петербуржцем дворянином Петром Никифоровичем Крёкшиным – писателем, историком, изобретателем, предпринимателем, алхимиком и астрологом.
П.Н. Крёкшин видел свою главную цель как писателя и историка в том, чтобы ещё более возвеличить с помощью пера и бумаги в намеченной им 45-томной истории своего венценосного кумира – императора Петра Великого. Для этого он был готов использовать как исторический приём поиска и введения в научный оборот известных ему источников о деятельности первого российского императора, так и в не меньшей степени метод литературно-художественного воссоздания былой исторической реальности. П.Н. Крёкшин был человеком своего времени  и стремился воспеть в прозе деяния Петра Великого, используя такой распространённый тогда в Европе жанр литературы классицизма, как эпопея. Именно в рамках этого литературного жанра П.Н. Крёкшин получал большие возможности для решения поставленной им масштабной цели. Писатель и историк был далеко не одинок в применении такого историко-литературного метода. Оправданность и необходимость «благородного вымысла» в жанре эпопеи обосновывал ещё в XVII столетии французский теоретик жанров  литературы классицизма Никола Буало-Депрео (1636–1711). Он писал о назначении и художественных основах этого жанра так:

                                            
  		Ещё  возвышенней, прекрасней Эпопея.
  		Она торжественно и медленно  течёт,
  		На мифе зиждется и вымыслом живёт
  		Чтоб нас очаровать нет  выдумке предела 324.

Итак, обратимся теперь к разбору устойчиво существующих доныне в отечественной научной литературе мифов о Полтавской баталии, имеющих своим истоком историко-литературные сочинения П.Н. Крёкшина.

Один из мастерски созданных П.Н. Крёкшиным мифов, по мысли автора, следующий:  российский монарх лично возглавил в кульминационный момент битвы контратаку силами батальона пехотного полка, стоявшего во  второй линии. Первый батальон Новгородского полка, находившийся в боевом строю первой линии русских войск на Полтавском поле якобы был опрокинут штыковым ударом сразу двух шведских батальонов, сплотившихся так тесно, что они будто бы представляли собой один батальон. В этот критический момент прорыва первой линии русских войск царь, согласно многим историческим трудам, повёл в бой, чтобы закрыть образовавшийся разрыв, второй батальон Новгородского полка (реже батальон Преображенского полка) из второй линии. Этот яркий эпизод баталии на самом деле, как представляется, не имевший места, лишь недавно разобран критически 325.

В печатные труды эта «подробность» версии Полтавской битвы, по П.Н. Крёкшину, вошла после того как её изложил в своём  известном многотомном сочинении историк XVIII столетия И.И. Голиков 326, многократно ссылавшийся на имевшийся в его распоряжении рукописный «дневник Крекшина». Этому мифу, родившемуся под пером П.Н. Крёкшина, без каких-либо оговорок и тени сомнения последовало множество историков из числа тех, кто подробно писал о баталии под Полтавой 327.  Даже в специально посвящённом изучению Полтавской битвы современном диссертационном исследовании В.А. Молтусова (2002) есть такие фразы: «Стремительный порыв опрокинул первый батальон Новгородского полка» 328;  «Смяв один батальон новгородцев, шведы прорвали фронт первой линии и остановились» 329, «…царь… лично поведший в контратаку 2-й батальон новгородцев» 330. В исторических трудах последних лет этот колоритный эпизод баталии продолжает воспроизводиться как обьективная реальность прошлого 331.

Между тем изложенный эпизод прорыва первой русской линии и контратаки второго батальона Новгородского полка, стоявшего во второй линии, во главе с Петром I отсутствует в основополагающих источниках: современной событию официальной печатной «Обстоятельной реляции» о битве, рукописный текст которой был готов уже 9 июля 1709 г., и создававшейся под бдительным оком Петра I и правившейся им самим «Гистории Свейской войны». Напротив, в «Обстоятельной реляции» о действиях монарха сказано лишь в самых общих чертах: «…Его Величество в том случае свою храбрость, великодушие и воинское искусство, не опасаясь никакого страха  своей высокой особе, в  вышнем градусе показал, и при том шляпа на нем пулею прострелена» 332. В «Гистории» же чётко сказано: «…из нашей пехоты толко одна передняя линея с неприятелем в бою была, а другая до того бою не дошла» 333. Следовательно, ни о каком прорыве шведскими войсками русской первой линии, так же как и участии второго батальона Новгородского полка из второй линии войск в ликвидации этого прорыва  в этом  важнейших источниках нет и намёка. То, что столь яркая подробность баталии – штыковая  контратака пехотного батальона во главе с самим российским монархом – осталась не отражённой в наиболее важных официальных первоисточниках, заставляет усомниться, действительно ли такой факт имел место.

Новгородский солдатский полк, состоявший из двух батальонов, насчитывал на момент завершения битвы 1170 чел. 334 . По данным полкового архива Новгородского полка, его потери в битве под Полтавой действительно были значительны. В сражении пали командир полка бригадир И.С. Феленгейм, один подпоручик и 69 нижних чинов,  кроме того,  «от ран померло» 53 нижних чина. Таким образом, всего в полку было 124 погибших 335. Первый батальон Новгородского полка находился в середине первой линии боевого построения россиян на поле битвы, в самой гуще баталии, – это одно из главных объяснений больших потерь. Однако это ещё не говорит о том, что первый батальон полка был раздавлен шведским натиском и вышиблен со своего места.

           

Первоисточник  изложенного литературного вымысла о прорыве шведами первой линии русских войск на месте батальона Новгородского полка и возглавленной лично Петром I успешной контратаке, как уже указывалось, очевиден. Впервые это «псевдоизвестие», самым подробным образом и красочно изложенное, появляется только в рукописном сочинении П.Н. Крёкшина, относящемся к 1753 г. 336 Содержание этого произведения самым основательным образом отразилось в напечатанном в 1795 г. очередном томе сочинения И.И. Голикова, посвящённом Полтавской битве и измене гетмана И.С. Мазепы. Через посредство печатного труда И.И. Голикова рассматриваемый, не происходивший в реальности «героический эпизод» широко распространился по отечественной исторической литературе. Само же сочинение П.Н. Крёкшина (один из его ранних вариантов, имеющий обильную авторскую карандашную правку) было напечатано только  в 1909 г. 337. В источниковедческом исследовании этого памятника, проделанном

А.К. Баиовым, по сути, только поставлены вопросы, но нет ответов: кто его автор, когда он был написан, какова его источниковая первооснова? 338 Общий вывод А.К. Баиова сводится к тому, что он «как исторический документ имеет громадное значение и не доверять ему нет никаких оснований» 339. Б.Б. Кафенгауз оценил это сочинение с описанием военных событий вблизи Полтавы в 1709 г. как очень интересное, но призвал к осмотрительности при использовании его известий 340. По словам Б.Б. Кафенгауза, «до специального критического изучения этим любопытным источником следует пользоваться с большой осторожностью» 341. Г.А. Богуславский посвятил особое исследование загадочной рукописи. Он пришёл к заключению, что «в целом содержание дневника не должно вызывать сомнений в его подлинности и выдающемся значении как исторического источника» 342, полагал, что это описание служило «официальным источником для русского командования» 343.

Каковы же были реальные действия Петра I во время битвы?

Сохранились материальные свидетельства мужества российского монарха в битве. В Зимнем дворце Санкт-Петербурга поныне хранится пробитая шведской пулей шляпа монарха и нагрудный щиток с глубокой вмятиной от второй неприятельской пули 344.

«Гистория Свейской войны»,  официальный и надёжный источник, повествует относительно поведения Петра I в Полтавской битве лишь в общих словах, не упоминая рассматриваемого яркого эпизода битвы. Там сказано: «...государь в том нужном случае (то есть битве. – П.К.) за людей и Отечество, не щадя своей особы, поступал, как доброму приводцу надлежит, где на нем шляпа пулею прострелена и в седелном орчаке фузейная пуля найдена» 345. Вторит этому свидетельству и командир левого крыла русской пехоты генерал Л.Н. де Алларт, который описал действия российского самодержца в примерно в таких же словах: «Его Царское Величество при такой славной баталии везде, где страх, находился.  Своею высокою особою ездил и армию с протчими генералами… в которых местах беспорядочно было, в порядок приводил и своим высоким присудствием всякого к веселости, бодрости и храбрости возбуждал... У Его Величества тож шляпа была прострелена. Також найдена была, как признавали, пистолетная пуля в орчаге седелном» 346. О мужественном поведении царя на поле битвы, но без эпизода лично возглавленной им контратаки с батальоном второй линии, написал по свежим сведениям из армии 6 (17) июля 1709 г. из Москвы британский дипломат Ч. Уитворт: «Его Величество принимал горячее участие в деле во всё продолжение боя: шляпа его прострелена, он сменил четыре лошади» 347. То же самое доносил из Москвы 9 (20) июля 1709 г. и голландский резидент Г. ван дер Хэльст (Гульст): «Сам царь находился постоянно в местах самой жаркой схватки и мушкетною пулею ему пробита была шляпа» 348.

Сомневаться, таким образом, в мужестве Петра I во время битвы нельзя, но и эпизода контратаки батальона пехоты во главе с русским монархом в реальности всё же просто не было. Можно ли предполагать, что столь примечательный факт, как личная контратака монарха во главе второго батальона новгородцев, был «упущен» в процитированных источниках? Думается, что этого допустить просто невозможно. Вывод, следовательно, из вышесказанного очевиден: красивый  «факт» (Пётр I ведёт в бой батальон из второй линии) – плод литературного вымысла по-своему незаурядного писателя и историка П.Н. Крёкшина.

Теперь о другом удачном с литературно-художественной точки зрения вымысле П.Н. Крёкшина, объяснявшем, почему шведский король якобы нанёс удар особой силы по первому батальону Новгородского полка. Вот, к примеру, как писал об этой «истории» баталии академик Е.В. Тарле: «…первый шведский натиск был необычайно силён и направлен больше всего (это запомнили все участники боя) в одну точку – на первый батальон Новгородского полка. В русской армии в этот момент ещё не все знали, чем объяснялись энергия и целеустремлённость шведов в данном случае. Изменник, унтер-офицер Семёновского полка, находился в рядах близ Карла  и указал королю на полк, одетый в мундиры серого сукна, который он считал полком новобранцев, т. е. слабым полком. Изменник ошибся: он не знал, что Пётр предвидел последствия его действий и, как сказано, велел 26 июня переодеть в серые мундиры  один из своих полков – Новгородский» 349. Учёный сослался на один из списков труда П.Н. Крёкшина о деяниях Петра I, хранящийся в Отделе рукописей Российской Национальной библиотеки 350. При этом историк полагал, что использует сведения, помещённые «в дневнике событий, ведшемся в штабе Петра» 351, – так он назвал сочинение П.Н. Крёкшина. В использованном Е.В. Тарле списке сочинения П.Н. Крёкшина действительно сказано, что предатель-беглый урядник Семеновского полка, рассматривая на полтавском поле в подзорную трубу строившиеся для битвы русские полки, назвал Новгородский пехотный полк, имевший якобы в мундиры из серого сукна, новонаборным. Карл XII, согласно П.Н. Крёкшину, получив это сообщение, отреагировал так: «Король самым лучшим пехотным двум баталионам повелел сомкнуться так плотно, чтоб могли уравняться с одним баталионом в сером мундире, и приказал левое крыло от главной линии отрезать» 352.

В «научный оборот» этот занимательный художественный эпизод, придуманный П.Н. Крёкшиным, также ввёл в напечатанном в 1795 г. труде знавший его лично и с доверием относившийся к его произведениям историк И.И. Голиков . «В плен» изложенного выше, попали и некоторые другие исследователи XX столетия .    

Использование же сведений из сочинения  П.Н. Крёкшина о 1709 г., сложного историко-литературного памятника, требует отнюдь не безоговорочного доверия, простого воспроизведения в виде цитат и ссылок, но большой предварительной источниковедческой и литературоведческой работы. Закономерны сомнения, высказанные по поводу этого эпизода В.А. Артамоновым. Историк писал так: «Сомнительна широко известная история о предательстве перебежавшего к противнику русского унтер-офицера, после которого Новгородский полк обменял свои мундиры на серые рекрутские кафтаны, чтобы шведский удар не пришёлся на необстрелянных солдат. Ни в одном актовом источнике  этот факт не получил подтверждения» .  Сомневался в правдивости сюжета об обмене формой солдатами двух российских полков и Н.И. Павленко .

Можно увидеть некий возможный «первотолчок» для создания этого вымысла, получивший под пером П.Н. Крёкшина, художественно-литературное развитие, в сочинении «летописца» походов Карла  XII  Г.  Адлерфельта. Названный историограф шведского короля, сражённый ядром в битве под Полтавой, пометил в своих подённых записях за 22 июня 1709 г.: «Прибывший  ночью от неприятеля дезертир сообщил нам, что царь собрал все свои силы на нашем берегу реки…» П.Н. Крёкшин мог знать сочинение Г. Адлерфельта (опубликованное в 1740 г.) и  «развить» известие о прибывшем от россиян беглеце  в художественном ключе. Литературный «мотив переодевания» знаком историкам литературы , и литератор П.Н. Крёкшин вполне мог им воспользоваться. Согласно П.Н. Крёкшину, впрочем, перебежчик-изменник из Семёновского полка прибыл в ставку Карла XII  «в первых часах ночи» 26 июня 1709 г. , но для художественного переосмысления события нарушение реальной временной последовательности не существенно.

Некоторыми историками воспроизводится «факт» мнимой договорённости, по согласию обоих монархов, шведского генерал-фельдмаршала К.Г. Рёншильда с генерал-фельдмаршалом Б.П. Шереметевым о том, чтобы дать баталию 29 июня 1709 г. В историко-литературном сочинении П.Н. Крёкшина (1753) об этом событии повествуется в следующих словах: «Фелдмаршал Шереметев по указу Царского Величества с фелдмаршалом Реиншилдом 29 июня, то есть на день верховных апостол Петра и Павла, согласно назначили быть генералной батали и утвердили за поролем военным, чтоб до оного сроку никаких поисков незапными набегами не быть» .  Когда же Карл XII в ночь на 27 июня 1709 г.  получил сведения о скором подходе на помощь к царским войскам 40-тысячного калмыцкого войска, то приказал К.Г. Рёншильду немедленно построить армию  для выступления против русских войск. В ответ на последовавшее от генерал-фельдмаршала напоминание о договорённости дать баталию 29 июня 1709 г., по словам П.Н. Крёкшина, король «затряс головою и дал знать, чтоб о том не говорил» . Когда Пётр I узнал о выступлении шведских войск, он, согласно П.Н. Крёкшину, с пафосом говорил в своём шатре Б.П. Шереметеву и другим пехотным генералам «о вероломстве и несодержании пароля короля шведскаго, что назначен был день генеральной баталии от обоих сторон… потом изволил сказать: “На зачинающаго Бог”...»

Этот эпизод отсутствует в надёжных официальных российских источниках – «Обстоятельной реляции» о Полтавской битве 1709 г., «Гистории Свейской войны», переписке Петра I того времени, также и во всех введённых в научное обращение  многочисленных источниках шведского происхождения. Уже И.И. Голиков, слушавший лично рассказы П.Н. Крёкшина и пользовавшийся многими его трудами, отметил, что если бы соглашение монархов о назначении дня баталии на 29 июня, день царских именин, действительно существовало, то об этом важнейшем обстоятельстве было бы сказано в реляции о битве и других современных событию источниках . Первый раз в исторических трудах сообщение о договорённости относительно дня предстоявшей 29 июня битвы появилось именно в рукописном сочинении П.Н. Крёкшина, законченном в 1753 г. Е.В. Тарле, сославшись на цитированную выше рукопись из собрания манускриптов М.П. Погодина, не обратил внимания, что в качестве источника сведений П.Н. Крёкшин указал на полях печатный текст «Книги Марсовой» (1713).  Имеющаяся в «Книге Марсовой» реляция о Полтавской битве тем не менее такого «факта» не содержит . Вывод из прослеженного несоответствия вполне очевиден и естествен. Ясно, что писатель XVIII столетия пытался придать видимость достоверности сообщённому «факту», но недоучёл, что ссылается не на неизвестный источник, но на опубликованную и вполне доступную для перепроверки реляцию о битве. Введя в своё сочинение рассмотренный вымышленный художественно-литературный эпизод, П.Н. Крёкшин ещё более подчеркнул благородство своего венценосного героя, неукоснительно исполнявшего договор. Шведский же король Карл XII в отличие от его противника на поле брани слово чести якобы коварно и недостойно преступил.

Сюжет о достигнутой Петром I и Карлом  XII договорённости о том, что битва должна состояться 29 июня 1709 г., тем не менее не является исключительно плодом литературно-художественного воображения П.Н. Крёкшина. Следует иметь в виду, что он широко использовал в своих сочинениях устное предание. По наблюдению М.Б. Плюхановой, «“вымыслы” Крёкшина по природе своей принадлежат прежде всего области слухов, преданий, традиционных предрасудков» . Нельзя не согласиться в данном случае с выводом исследовательницы, что «“вымыслы” Крёкшина находятся в родстве с фольклором Петровской эпохи» . Высокая степень доверия к рассказам, передававшимся из уст в уста, этому особого рода  источнику, – одна из неотъемлемых черт его историко-литературного метода . По мнению С.О. Шмидта, во времена  недостаточного распространения грамотности «устная речь оставалась главным источником собственно исторической информации» .

Дело в том, что уже накануне грядущей генеральной баталии множество людей, от простых солдат до генералитета, могло задумываться и обсуждать следующее. Всё более тесное сближение российской армии со шведским станом во временном отношении очень ладно соотносилось с приближением дня царских именин – Петрова дня (29 июня ст. ст.). О предстоявших царских именинах знали едва ли не все и могли, рассуждая, стараться постичь и предугадать замыслы высшего командования и кто-то приходил к выводу, что битва назначена  именно на этот день. Почему бы нет? Войска за несколько дней до царских именин находились на расстоянии 4–5 вёрст друг от друга, полководцы наблюдали за движениями противника в подзорные трубы, а заступившие в дозор отряды слышали перекличку часовых  на неприятельской стороне. Отголоски той молвы, можно думать, зафиксировал в виде беллетризованной записи устного предания инженер-генерал-майор А.И. Ригельман (1720–1789) в сочинении 1786 г.: «…король распустил разглашение, что он намерен день тезоименитства царя российскаго торжествовать наиславнейшим образом у него в шатре, то есть июня 29 числа, и оной день назначает всей оной их войне быть решительным. Сие государю известно учинено, которой, разумев намерение и жадность его тщеславия, сказал: “Я в желании брата моего согласен и буду спокойно ждать дня того, которой конечно докажет, кому по справедливости торжествовать о победе подлежать будет”» . А.И. Ригельману был известен и вариант «рассказа» о том, что «король шведский Карл XII вдруг вознамерился вместо 29-го июня в 27-е число дать баталию с войском российским…» . Историк прямо указал на источник сведений: «Известие сие из   малороссийского летописного повествования» , то есть связь данного известия с устными преданиями, народной молвой налицо.

От вымышленной П.Н. Крёкшиным «истории», восходящей к устному преданию, в процессе развития историографии отпочковалось и распространилось утверждение, что сам царь «назначил» для будущей битвы день своего тезоименитства, «предполагал атаковать шведов», «назначил атаку на 29 июня» 1709 г., «русское командование раcсчитывало дать сражение 29 июня» и т. д.

Нельзя не отметить, что во множестве трудов цитируются некоторые яркие по форме изложения высказывания Петра I, сделанные якобы во время битвы,  имеющие своим первоисточником сочинение П.Н. Крёкшина . Охотно приводил эти высказывания со ссылками непосредственно на труды П.Н. Крёкшина Е.В. Тарле.  Например,  на слова Б.П. Шереметева об опасности вывода в резерв шести полков кавалерии с правого крыла русского боевого построения, ибо «надежнее иметь баталию с превосходным числом, нежели с равным», монарх, как писал Е.В. Тарле, изрёк: «Победа не от множественнаго числа войск, но от помощи Божией и мужества бывает, храброму и искусному вождю довольно и равнаго числа…» Маститый историк, среди прочего, не учитывал явной литературности выдававшихся им за реальность цитат. Б.Б. Кафенгауз высказался очень сдержанно о возможности соответствия реалиям прошлого «речей» Петра I, с которыми он якобы обращался к войскам 26 июня, накануне дня битвы: «Трудно сказать, в какой мере передача этих речей… соответствует действительности» . Современный историк литературы Е.К. Никанорова в качестве свойственных сочинениям П.Н. Крёкшина особенностей выделила именно «панегирический тон изложения и как следствие недостоверность сообщаемых фактов» . На взгляд автора статьи, полтавские «речи» царя и его сподвижников в передаче П.Н. Крёкшина – плод его литературно-художественного воссоздания канувшей в лету исторической действительности. Литератор и историк считал, что «речи» произносились тогда именно такие, но это не значит, что они были действительно таковы. Литератор, надо полагать, воссоздал художественными средствами лишь некую частичку унесённой рекой истории реальности прошлого.

Произведения П.Н. Крёкшина не одиноки по жанровой природе в европейском литературном процессе того времени. Историк литературы Д.М. Шарыпкин, изучавший, казалось, строго историко-повествовательные сочинения – дневники шведов, пленённых под Полтавой, заключил, что они в той или иной мере отразили почти все литературные жанры эпохи барокко . Крайне примечательно, что мемуаристы нередко использовали (как и П.Н. Крёкшин) героико-эпические приёмы изложения. Даже удручающая картина бегства страдавшего от раны Карла XII с поля проигранной баталии под их пером приобретала величественные черты. Изображая на страницах своих дневников саму сдачу остатков шведской армии в плен на Днепре 30 июня 1709 г., они подавали это как своего рода подвиг, героико-эпическое действо: шведы сдавали оружие, в подаче мемуаристов, едва не с чувством превосходства над настигшими их после полтавского разгрома русскими кавалеристами, имевшими якобы жалкий, изнурённый вид (в отличие от шведов-то!), но при этом  троекратно (или даже шестикратно!) превосходившими потомков викингов численно. На самом деле 16-тысячный шведский корпус сложил оружие на берегу Днепра к ногам 9-тысячного отряда русских. Шведам якобы трижды поступало предложение сдаться, но в действительности это эпический приём утроения : предложение с русской стороны сдаться было единственным и принято без длительных переговоров .

Существовало при жизни П.Н. Крёкшина и историографическое направление реалистического описания прошлого. Так излагались события в создававшемся под наблюдением Петра I официальном труде о войне со Швецией 1700–1721 гг. – «Гистории Свейской войны».  Или, такой современник П.Н. Крёкшина, как Вольтер, выступал резко против такого подхода к воссозданию исторического прошлого. Выдающийся французский мыслитель Века Просвещения в предисловии к «Истории России при Петре Великом» высказался следующим образом: «Возвышенные речи – другой род лжи, ораторский, из тех, что историки позволяли себе прежде. Принуждают говорить своих героев то, что они лишь могли бы сказать. Эта вольность в особенности может проделываться с личностью отдалённых времён, но ныне эти вымыслы не должны быть более терпимы. Это требуется прежде всего, ибо если вкладывать в уста какого-либо государя торжественную речь, которой тот не произносил, то нельзя называться историком, но лишь напыщенным ритором» 383.

Как показано выше, историческая наука наших дней неразрывно связана с исторической традицией  XVIII столетия, в том числе включает и застарелые мифы, по-прежнему без должной критики выходящие из-под клавиш  компьютерного набора  современных историков.  Процесс освобождения от некоторых историографических мифов, рождённых в Век Просвещения, как видно, продолжается и ныне.

           

300-летняя годовщина знаменитой битвы – прекрасный внешний толчок для того, чтобы сделать очередные исследовательские шаги в изучении баталии 27 июня 1709 г.

 

 

СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ

            Архив ВИМАИВ и ВС – Архив Военно-исторического музея артиллерии, инженерных войск и войск связи (Санкт-Петербург)

            Архив СПбИИ РАН – Научно-исторический архив Санкт-Петербургского Института истории РАН (Санкт-Петербург)

            БАН – Библиотека Российской Академии наук (Санкт-Петербург)

            ВЖ – Военный журнал

            ВИ – Вопросы истории

            ВС – Военный сборник

            ГСВ – Гистория Свейской войны (Подённая записка Петра Великого) 

            ОР БАН – Отдел рукописей Библиотеки Российской Академии наук (Санкт-Петербург)

            ОР РНБ – Отдел рукописей Российской национальной библиотеки (Санкт-Петербург)

            ПБИПВ – Письма и бумаги императора Петра Великого

            РА – Русский архив

            РАН – Российская Академия наук

            РГАВМФ – Российский государственный архив Военно-морского флота (Санкт-Петербург)

            РГАДА – Российский государственный архив древних актов (Москва)

            РГВИА – Российский государственный военно-исторический архив (Москва)

            РНБ – Российская национальная библиотека (Санкт-Петербург)

            Сб. РИО – Сборник императорского Русского исторического общества

            ТРВИО – Труды императорского Русского военно-исторического общества

            KFA – Karolinska forbundets arsbok

 


 

ПРИМЕЧАНИЕ:
    324 Буало. Поэтическое искусство. М., 1957. С. 83.
    325 Кротов П.А. П.Н. Крёкшин и сотворение мифов о Полтавской битве 1709 г. // Меншиковские чтения – 2006. СПб., 2006. С. 68–71.
    326 Голиков И.И. Дополнение к «Деяниям Петра Великого», содержащее полное описание славные Полтавские победы и предшествовавшие измены Мазепы. М., 1795. Т. 15. С. 360–361.
    327 Карцов П.П. История лейб-гвардии Семёновского полка. 1683–1852. СПб., 1852. С. 94–95; Азанчевский 1-й М. История Преображенского полка. М., 1859. С. 104; Леер Г.А. Пётр Великий как полководец (характеристика) // ВС. 1865. № 4. Отдел неофиц. С. 219; Погоский А.Ф. Нарва и Полтава. СПб., 1872. С. 64; Дирин П. История лейб-гвардии Семёновского полка. СПб., 1883. Т. 1. С. 95; Гудим – Левкович П.К. Северная война // Обзор войн России от Петра Великого до наших дней. СПб., 1885. Ч. 1. С. 71; Пузыревский А.К. Развитие постоянных регулярных армий и состояние военного искусства в век Людовика XIV и Петра Великого. С. 309; Масловский Д.Ф. Записки по истории военного искусства в России. Вып. 1. С. 140; Михневич Н.П. История военного искусства с древнейших времён до начала девятнадцатого столетия. СПб., 1895. С. 329; Игнатович Д. История 85 пехотного Его Императорского Королевского Величества императора Германского, короля Прусского Вильгельма II полка. С. 51; Попов В.И. История  9-го пехотного Ингерманландского императора Петра I-го полка. 1703–1903. Калуга, 1903. С. 15; Геништа В.И., Борисевич А.Т. История 30-го драгунского Ингерманландского полка. 1704–1904. СПб., 1904. Ч. 1. С. 13; Баиов А.К. Курс истории русского военного искусства. СПб., 1909. Вып. II. С. 185; Российский М.А., Сухомлин С.А.Военная история: Курс военных и юнкерских училищ. М., 1902. Ч. 1. С. 89; Российский М.А. Очерк истории 3-го пехотного Нарвского генерал-фельдмаршала князя Михаила Голицына полка. М., 1904. С. 52;  Григорович А.И. История 37-го драгунского военного ордена генерал-фельдмаршала графа Миниха полка. СПб., 1907. Т. 1. С. 29; Андрианов П.М. 1. Пётр и Полтава. СПб., 1909. С. 52; 2.Полтавская битва. Одесса, 1909. С. 21; Павловский И.Ф. Битва под Полтавой 27 июня 1709 г. и её памятники. 2-е изд. Полтава, 1909. С. 48–49; Юнаков Н.Л. Полтава (27 июня 1709 г.) // Русская старина. 1909. № 7. С. 17–18; Ляскоронский В.Г. Поход Карла XII в 1708–1709 гг. в пределы России // Военно-исторический вестник. 1910. № 3–4. С. 93; Marsengo M. La battaglia di Poltava. Roma, 1910. P. 87–88; Безбах С.А. Полтавское сражение (27 июня 1709 г.).  М., 1939. С. 49–51; Плотицын В. Разгром шведских захватчиков // Исторический журнал. 1939. № 7. С. 119; Панов В.А.  Пётр I как полководец. М., 1940. C. 75; Базилевич К.В. Пётр I – основоположник русского военного искусства // Большевик. 1945. № 11–12. С. 42; Козаченко А.И. Битва под Полтавой  27 июня 1709 года. М., 1945. С. 38; Тельпуховский Б.С. 1.Северная война 1700–1721. Полководческая деятельность Петра I. М., 1946. С. 128; 2. Полтавская битва. М., 1947. С. 42–43; 3. Полтавская битва // Военный вестник. 1949. № 13. С. 30; Порфирьев Е.И. 1.Пётр I – основоположник военного искусства русской регулярной армии и флота М., 1952. С. 205, 206; 2. Полтавское сражение 27 июня 1709 г. М., 1959. С. 79; Тарле Е.В. Северная война и шведское нашествие на Россию. М., 1958. С. 399; Бескровный Л.Г. 1. Стратегия и тактика русской армии в Полтавский период Северной войны // Полтава. К 250-летию Полтавского сражения. М., 1959. С. 55; 2. Полтавская победа (К 250-летию Полтавского сражения) // ВИ. 1959. № 12. С. 55; Никифоров Л.А. Полтавская битва и её историческое значение // Преподавание истории в школе. 1973. № 1. С. 19; История Северной войны 1700–1721 гг.  М., 1987. С. 85; Злаин А.И. Полтавская битва. М., 1988. С. 100–101; Артамонов В.А. «Генеральная баталия». С. 233–234; Корх А.С. Пётр I. Cеверная война 1700–1721. М., 1990. С. 50.
    328 Молтусов В.А. Полтавская битва. Новые факты и интерпретация: Дисс… канд. ист. наук. С. 179.
    329 Там же. С. 180.
    330 Там же. С. 181.
    331 Беспалов А.В. 1. Северная война. Карл XII и шведская армия. М., 2000. С. 159; 2. Сподвижники Карла XII. М., 2003. С. 47, 103, 104; 3. «Преславная виктория». 295-летию Полтавского сражения посвящается // Рейтар. 2004. № 6. С. 86; № 7. С. 30–31.
    332 Полтавская битва. 1709 – 27 июня – 1909 / Сост. В.Е. Борисовым, А.А. Балтийским, А.А. Носковым. СПб., 1909. С. 9.
    333 ГСВ. Вып. 1. С. 304.
    334 РГАДА.  Ф. 53 (Сношения России с Данией). Оп. 1, 1710 г. Д. 16. Л. 64 об.
    335  [Поликарпов Н.П.] О войсковых частях, принимавших участие в «генеральной баталии» под гор. Полтавой 27-го июня 1709 года (по архивным изысканиям) // ВС. 1909. № 6. С. 228.
    336 РГАВМФ. Ф. 315 (Материалы по истории русского флота). Оп. 2. Д. 265. Л. 1. – Список сочинения П.Н. Крёкшина «Журнал великославных дел великаго государя императора Петра Первого, самодержца Всероссийскаго, содержащий в себе лето от первого дни Адама 7217, по Рождестве Иисус Христове 1709, собранный новогородским дворянином Петром Никифоровым сыном Крекшиным в царствующем граде Санкт-Петербурге в лето Спасительнаго воплощения 1753, от зачатия царствующего града Санкт-Петербурга 50».
    337 Дневник военных действий Полтавской битвы // ТРВИО. Т. III. С. 246–315.
    338 Баиов А.К. Предисловие // ТРВИО. T. III. С. IV–VI.
    339 Там же. С. V.
    340 Кафенгауз Б.Б. Полтавская битва// Историк-марксист. 1939. № 4. С. 52–53.
    341 Там же. С. 53.
    342 Богуславский Г.А. О «дневнике полтавского коменданта Келина» // Вопросы архивоведения. 1962. № 4. С. 80.
    343 Там же. С. 83.
    344 Памятники русской культуры первой четверти XVIII века в собрании Государственного ордена Ленина Эрмитажа: Каталог. С. 218, 239; Peter den store och Karl XII i krig och fred: Katalog sammanstalld av  P. Sandin. S. l., 1998. S. 116.
    345 ГСВ. Вып. 1. С. 304.
    346 ОР РНБ. Ф. 885. № 314. Л. 79 об.–80.
    347 Сб. РИО. Т. 50. С. 196.
    348 А.Л. Донесение голландца фан дер Хэльста о Полтавской битве. С. 2.
    349Тарле Е.В. Северная война и шведское нашествие на Россию. С. 399.
    350 Ср. с опубликованным вариантом сочинения П.Н. Крёкшина: Дневник военных действий Полтавской битвы. С. 273–274.
    351 Тарле Е.В. Северная война и шведское нашествие на Россию. С. 387.
    352 ОР РНБ. Ф. 588 (Древлехранилище М.П. Погодина). Оп. 2. № 1732. Л. 38 об.–39. – Список сочинения П.Н. Крёкшина «Журнал великославных дел великого государя императора первого Петра Великого, самодержца Всероссийского". Том 28.
    353 Голиков И.И. Дополнение к «Деяниям Петра Великого»… С. 330.
    354 Например: Безбах С.А. Полтавское сражение (27 июня 1709 г.). С. 38;Тельпуховский Б.С. Северная война 1700–1721. Полководческая деятельность Петра I. С. 117, 120; Бескровный Л.Г. Стратегия и тактика русской армии в Полтавский период Северной войны. С. 55; Порфирьев Е.И. Полтавское сражение 27 июня 1709 г. С. 62; Никифоров Л.А. Полтавская битва и её историческое значение. С. 18; Злаин А.И. Полтавская битва. С. 77–78, 82, 98.
    Артамонов В.А. «Генеральная баталия». С. 229.
    Павленко Н.И. Пётр Великий. М., 1990. С. 308.
    Если перевести дату на старый стиль со шведского календаря, употреблявшегося с 1700 по 1712 гг.
     Adlerfeld G.  Histoire militaire de Charles XII, Roi de Suede. Amsterdam, 1740. T. 3. P. 462.
    См.: Плюханова М.Б. История юности Петра I  у П.Н. Крёкшина // Учёные записки Тартуского государственного университета. 1981. Вып. 513. С. 27.
    Дневник военных действий Полтавской битвы. С. 273.
    Российский М.А. Очерк истории 3-го пехотного Нарвского генерал-фельдмаршала князя Михаила Голицына полка. С. 47; Безбах С.А. Полтавское сражение (27 июня 1709 г.). С. 31, 37; Тельпуховский Б.С. Северная война 1700–1721. Полководческая деятельность Петра I. С. 113, 114; Тарле Е.В. Северная война и шведское нашествие на Россию. С. 388; Бескровный Л.Г. Стратегия и тактика русской армии в Полтавский период Северной войны. С. 52, 53; Злаин А.И. Полтавская битва. С. 81, 82.
    ОР РНБ. Ф. 588. Оп. 2. № 1732. Л. 38 об.–39.
    Дневник военных действий Полтавской битвы. С. 274.
    Там же. С. 278.
    Голиков И.И. Дополнение к «Деяниям Петра Великого»... С. 331.
    ОР РНБ. Ф. 588. Оп. 2. № 1732. Л. 38 об.
    Полтавская битва. 1709 – 27 июня – 1909 / Сост. В.Е. Борисовым, А.А. Балтийским, А.А. Носковым. С. 7–14.
    Плюханова М.Б. История юности Петра I у П.Н. Крёкшина. С. 26.
    Там же. С. 27.
    Кротов П.А. Основание Санкт-Петербурга: Загадки старинной рукописи. СПб., 2006. С. 76–78.
    Шмидт С.О. «Устная история»в системе источниковедения исторических знаний // Шмидт С.О. Путь историка: Избранные труды по источниковедению и историографии. М., 1997. С. 102.
    [Ригельман А.И.] Летописное повествование о Малой России и её народе и казаках вообще, отколь и из какого народа оные происхождение своё имеют и по каким случаям они ныне при своих местах обитают, как-то: черкаские, или малороссийские, и запорожские, а от них уже донские, а от них яицкие, что ныне уральские, гребенские, сибирские, волгские, терские, некрасовские и проч. казаки, как равно и слободские полки. М., 1847. Ч. 3. Стб. 79–80.
    Ригельман А.И. Анекдоты о Петре Великом (Из собранных господином Ригельманом, автором  «Малороссийской истории» и проч., жившим в царствование Екатерины II) // Москвитянин. 1842. № 1. Стб. 85–86.
    Там же. С. 86.
    Голиков И.И. Дополнение к «Деяниям Петра Великого»… С. 330; Азанчевский 1-й М. История Преображенского полка. С. 102; Дирин П. История лейб-гвардии Семёновского полка. С. 93; Леер Г.А. Пётр Великий как полководец (характеристика) С. 215; Погоский А.Ф. Нарва и Полтава. С. 60; Масловский Д.Ф. Записки по истории военного искусства в России. С.136; Мержеиовский Э. История 13-го пехотного Белозёрского генерал-фельдмаршала графа Ласси полка (1708–1893). Варшава, 1894. С. 34; Каменский Е.С. История 2-го драгунского С.-Петербургского генерал-фельдмаршала князя Меншикова полка. 1707–1898 гг. М., 1899. Т. 1. С. 79; Игнатович Д. История 85 пехотного Его Императорского Королевского Величества императора Германского, короля Прусского Вильгельма II полка. С. 47; Андрианов П.М. 1. Пётр и Полтава. С. 40; 2.Полтавская битва. Одесса, 1909. С. 17; Баиов А.К. Курс истории русского военного искусства. Вып. II. С. 176; Ляскоронский В.Г. Поход Карла XII в 1708–1709 гг. в пределы России. С. 85; Marsengo M. La battaglia di Poltava. P. 72–73; Тельпуховский Б.С. 1. О стратегии и тактике Петра I // Военная мысль. 1944. № 8–9. С. 82; 2. Полтавская битва. С. 32; Порфирьев Е.И. Пётр I – основоположник военного искусства русской регулярной армии и флота. С. 196; Бескровный Л.Г. Полтавская победа (К 250-летию Полтавского сражения. С. 54; Порфирьев Е.И. Полтавское сражение 27 июня 1709 г. С. 60; Никифоров Л.А. Полтавская битва и её историческое значение. С. 18; Злаин А.И. Полтавская битва. С. 71, 77, 82; Павленко Н.И. И пробил час // Родина. 1997. № 10. С. 71.
    См.: Голиков И.И. Дополнение к «Деяниям Петра Великого» […]. С. 332–337, 348–350, 358; Бутурлин Д.П. Военная история походов россиян в XVIII столетии. СПб., 1820. Ч. 1. Т. II. C. 329–330, 352;  Азанчевский 1-й М. История Преображенского полка. С. 102; Дирин П. История лейб-гвардии Семёновского полка. С. 93–94, 96; Российский М.А. Очерк истории 3-го пехотного Нарвского генерал-фельдмаршала князя Михаила Голицына полка. С. 51; Андрианов П.М. Пётр и Полтава. С. 40, 44, 50, 52, 54; Павловский И.Ф. Битва под Полтавой 27 июня 1709 г. и её памятники. С. 39–41, 46; Ляскоронский В.Г. Поход Карла XII в 1708–1709 гг. в пределы России. С. 85–86, 92; Безбах С.А. Полтавское сражение (27 июня 1709 г.). С. 27–28, 39, 46, 48, 49, 53, 55; Панов В.А. Пётр Iкак полководец. С. 74, 76; Козаченко А.И. Битва под Полтавой  27 июня 1709 года. С. 33–34, 42; Тельпуховский Б.С. 1. Северная война 1700–1721. Полководческая деятельность Петра I. С. 116, 120, 127; 2. Полтавская битва. С. 44; Епифанов П.П. Полтавская битва 1709. – 8. VII. – 1959. М., 1959. С. 29; Тарле Е.В. Северная война и шведское нашествие на Россию. С. 397–399, 402, 404, 405; Злаин А.И. Полтавская битва. С. 69–70, 76–77, 104; Павленко Н.И. Пётр Великий. С. 309, 314; Беспалов А.В. Северная война. Карл XII и шведская армия. С. 157.
    Тарле Е.В. Северная война и шведское нашествие на Россию. С. 398–399.
    Кафенгауз Б.Б. Полтавская битва. С. 53.
    Никанорова Е.К. Исторический анекдот в русской литературе XVIII века: Анекдоты о Петре Великом. Новосибирск, 2001. С. 119.
    Шарыпкин Д.М. Русские дневники шведов-полтавских пленников // Восприятие русской культуры на Западе: Очерки. Л., 1975. С. 81–85.
    Там же. С. 70–72.
    ГСВ. Вып. 1. С. 305.
    383 Voltaire. Histoire de lEmpire de Russie sous Pierre le Grand. Preface historique et critique // Voltaire. Oeuvres completes. P., 1878. Vol. 16. P. 388–389.